Одного верного ответа на этот вопрос нет. И не то, чтобы мы можем принять решение, плакать или нет. Это человеческие чувства, которые могут возникнуть неожиданно. Важно, как терапевт их обрабатывает в контакте с клиентом. Что он может сделать полезного для него, исходя из ситуации, которая уже произошла. Именно об этом всегда нужно помнить — мы работаем во благо клиента, проверяем, какая у него потребность, в чем он нуждается, и наша задача не навредить.
Слёзы терапевта могут как помочь, продвинуть терапевтический процесс, так и усугубить состояние клиента, напугать его, способствовать восприятию терапевта как не справляющегося с самим собой и своей работой. Рассмотри ЗА и ПРОТИВ подробнее.
ЗА СЛЕЗЫ
— клиент, видя слезы терапевта, может ощутить его включенность, большую разделенность, почувствовать себя увиденным;
— слезы терапевта могут вызвать у клиента сочувствие к себе, к которому он обычно не склонен. Иногда клиенты бывают настолько жестоки к себе, критичны, не принимают себя, что слезы терапевта помогают клиенту посмотреть на себя со стороны и начать себе сопереживать.
ПРОТИВ СЛЕЗ
— клиент может испугаться, почувствовать себя небезопасно — не теряет ли терапевт сейчас себя, своей устойчивости?
— клиент может почувствовать злость, что терапевт не справляется: “Он должен помогать, а не плакать”.
Как видите, иногда для клиента правда важно увидеть расчувствовавшегося терапевта, максимально проявляющего эмпатию и, возможно, даже всплакнувшего.
Как гештальт-терапевт я придерживаюсь идеи про важность привнесения своих чувств на границу контакта с клиентом, это продвигает терапию. В каком-то смысле в этом есть одна из задач терапии — помогать клиенту учиться выражать свои эмоции. И если история клиента так сильно впечатлила терапевта, что даже вызвала слезы, он своим примером может показать, как справляться с сильными эмоциями. Для этого терапевт, конечно, должен сам уметь хорошо регулироваться, тогда через него клиент может научиться, как обходиться со своей впечатлительность и слезами.
А иногда терапевту лучше суметь сдержаться, чтобы, например, не провоцировать опасные проявления личностного расстройства, и не вызвать ухудшение состояния клиента. Для этого, конечно, хорошо бы владеть навыками диагностики и понимать, кто перед вами (человек с нарциссическим, пограничным или шизоидным расстройством).
А если сдержаться все-таки не удалось, то суметь обработать возникающие страх, злость и различные претензии. При необходимости, терапевту следует объяснить, что ему есть, на что опереться (в том числе, отнести это на личную терапию и супервизию), продемонстрировать свою устойчивость, что он может это выдерживать, и что это не мешает ему быть человеком рядом с клиентом и его историей, и при этом продолжать работать.